Чемпион Чаттануги

Когда Джон Джерм видел, что его родной город в чём-либо нуждался, он разрабатывал решение. На посту президента РИ он придерживается того же отношения к делу - «могу и делаю».

автор: КЕВИН КУК
фото:   ЭЛИС ХЕНСОН

  
Прямо перед тем, как Джон Джерм прошел мимо, Рик Янгблад сделал глубокий вдох. “Вам хочется равняться на его энергию,” - говорит он, “но за ним тяжело угнаться.” Янгблад — президент и генеральный директор фирмы Янгблад Ашурэнс, регионального банка крови в Чаттануге, штат Теннесси, который Джерм помог основать в 1972 году. После его визита к Янгбладу, Джерм размашисто шагает между гор пустых пузырьков и склянок в Чаттанугском Центре вторичной переработки имени Джона Ф. Джерма в Орэндж Гроув, который он проектировал, перед тем, как приехать на строительную площадку и торжественно открыть игровое поле Мирэкл Лиг, где будут играть в бейсбол дети с особенностями развития – всё это перед тем, как помчаться в аэропорт на рейс в Чикаго и на такси приехать во Всемирную штаб-квартиру Ротари Интернэшнл, где он в этом месяце вступит в должность президента РИ.

Почему в головокружительном темпе? “У меня нет хобби,”- говорит он. “Социальная работа — это мой отдых.”

Недавно 77-летний Джерм провёл насыщенный вечер в Чаттануга Конвеншн Сентр, наслушавшись шуток в свой адрес. “Джон — очень влиятельная персона,” - объявил с подиума его друг Гарри Филдс. “Я могу рассказать, как много людей подражали ему … на Хэллоуине. Я имею в виду, что он — воплощение высокого, тёмного и симпатичного. Когда темно, он симпатичен!” Никто так не хохотал, как почётный гость на церемонии чествования его заслуг, которая была названа как “разнос Джона Джерма.” На благотворительном обеде было собрано более 75000 долларов в пользу Чаттануга Стейт Комьюнити Колледж. В заключении Филдс отметил вклад Джерма в его город и остальной мир: “100 процентов его самого – и всякий прочий, кого он сможет вовлечь!”




















Будучи легендарным сборщиком пожертвований, Джерм возглавлял 200-миллионный ротарианский сбор средств, который был призван дополнить встречный грант Фонда Билла и Мелинды Гейтс. Ротарианцы в итоге превзошли эту сумму, собрав 228,7 миллионов долларов на борьбу с полиомиелитом. Он уже работал в Ротари как вице-президент и директор, и в Фонде Ротари как вице-председатель и попечитель. За его вклад в борьбу за искоренение полиомиелита он был избран одним из 12 американских ротарианцев, которых чествовали в Белом Доме в 2013 году как «Чемпионов перемен» – тех, кто улучшил жизнь сообществ по всему миру. В качестве президента Джерм выбрал три простых, не лишенных смысла слова для темы этого года: Ротари служит человечеству.

“Ротари в течение долгого времени зарывала свой талант в землю,” - говорит он. “Нам нужно усерднее работать над продвижением нашего дела. Впереди нас ждут испытания, но я не вижу в этом проблемы. Я не верю в проблемы — я верю в возможности.”

Будучи сыном каменщика, построившего семейный дом своими собственными руками, вырыв его фундамент лопатой и тачкой, Джерм рано в своей жизни выработал трудовую этику. Ничего не давалось легко. Другие школьники насмехались над его фамилией – “они звали меня ‘Бактерия’ ”, а его родители не имели средств на оплату обучения в колледже. Отучившись в профессиональном училище, он оплачивал своё обучение в Университете Теннесси в Ноксвиле, работая в механической мастерской и официантом в кафетерии общежития. После окончания университета он поступил на службу в ВВС США. Быстро дослужившись до звания капитана, он был штурманом 50-тонного Дугласа С-124, доставлявшего войска и танки во Вьетнам. “К сожалению,” - говорит он, “домой мы летели с телами солдат.” В 1965 году С-124 Джерма доставлял капсулу космического корабля Джемини IV на Кейп Кеннеди. В другом полёте у гигантского самолёта отказали два двигателя, и он летел над океаном на базу, сотрясаемый на всём обратном пути как машинка на аттракционе. “Когда мы приземлились, мы нашли морские водоросли, свисающие с фюзеляжа,” - говорит он. “Вот как близко мы подошли к водной могиле.”


















Справа налево: Памятки о многих проектах Джерма в виде фото в рамках на стенах его офиса; Джерм с Риком Янгбладом, гендиректором Блад Ашурэнс, банка крови, который Джерм помог основать.

Когда военная служба Джерма закончилась, он поступил на работу в инженерную фирму Кэмпбел энд Ассошиэйтс в его родном городе. Его начальнику Джорджу Кэмпбелу нравилось отношение молодого лётчика к работе. “Через 10 лет,” - сказал ему Джерм, “я либо стану совладельцем этой компании, либо вашим самым большим конкурентом.” Он не ошибся. Со временем он стал председателем и генеральным директором фирмы, которая стала обслуживать аэропорт Чаттануги, его наиболее известную больницу, несколько высотных зданий в центре города и Конвеншн Сентер. Одной из решенных им задач был новый многозальный кинотеатр, в котором его владелец поначалу озадачил предупреждением: “Не делайте кондиционирование воздуха слишком хорошим.”

Джерм спросил: “Почему так?”

“Потому что посетителям нужно чувствовать запах попкорна; большую часть нашего дохода приносит продающий его киоск.”

В качестве президента Джерм хочет “отыскать запах попкорна, который приведёт людей в Ротари. И что это? Служение. У нас есть подрастающее поколение, у которого на уме служение. Нам нужно донести до них наш посыл и лучше сделать это быстро.”

По его словам, часть этого посыла говорит о том, что полиомиелит ещё не искоренён. Мы можем быть “так близко” к цели, но в этом году по всему миру всё ещё произошло 74 случаев заболевания (все — в Пакистане и Афганистане). Его отец страдал этим заболеванием во взрослом возрасте. “Мы были на рыбалке, когда мой брат сказал: ‘Папа не может идти,’” вспоминает Джерм. “Мы отнесли его обратно к машине. Врачи сказали, что он никогда снова не встанет на ноги, но он делал упражнения. Он привязал железную гирю к своей ноге и старался поднять её. Мало-помалу ему удалось поднимать груз и делать с ним круговые движения. Он после этого прихрамывал, но он ходил.” Джерм полагает, что он унаследовал немного от упорства его отца. “Я также не сдаюсь легко,” - говорит он.



















Слева направо: с архитектором Вэнсом Трэвисом на новом стадионе Мирэкл Лиг, где дети с особенностями развития будут играть в бейсбол; Блад Ашурэнс поставляет более 100 000 порций крови в год.


Разумеется, он не сдаётся в своей поддержке искоренения полиомиелита, и он призывает ротарианцев следовать его примеру, чтобы каждый Ротари клуб выделил не меньше 2650 долларов на борьбу с полиомиелитом в течение срока его президентства, который совпадает с годом столетнего юбилея Фонда Ротари. Число напоминает размер первого пожертвования – 26,50 долларов, сделанного Ротари клубом Канзас Сити, штат Миссури, в пользу Фонда в 1917 году. Во время международной Конвенции Ротари 2017 года также планируется празднование дня рождения Арча Кламфа с пригласительными билетами стоимостью 26,50 долларов. Если всё это выглядит немного вычурно, то хорошо. “Мы сможем привлечь внимание людей,” - говорит Джерм, “они увидят, что Ротари делает великие дела в мире.”

Готовясь к своему президентскому сроку, он поддерживал контакт с друзьями и соратниками – часто из нервного центра своего мира, бордового кожаного кресла-релакс в его комфортабельном доме на Теннесси Ривер. Он сам спроектировал дом. Он развешивает кукурузные початки на тополях на заднем дворе, чтобы кормить белок, которые бегают вокруг его крыльца. На его письменном столе стоит фото, на котором он одет как Элвис Пресли во время выступления на окружной конференции, и табличка, которую его жена принесла домой из местного магазина художественных товаров Хобби Лобби. На табличке написано: “Цельность характера — это совершение правильных поступков, когда никто этого не видит.” “Она заставляет меня думать о Джоне,” - говорит Джуди Джерм.

С тех пор, как её 57-летний супруг стал президентом-элект прошлой осенью, “Ротари завладела нашими жизнями,” - говорит она. “В хорошем смысле.”

Его президентство знаменует высшую точку в его жизни, посвященной служению. После того, как Джерм активно сотрудничал с Малой торговой палатой США, он в 1976 году присоединился к Ротари клубу Чаттануга. Прирожденный лидер и заядлый собеседник, он поставил рекорды сбора пожертвований для Ротари и других организаций. Программа Блад Ашурэнс выросла с единичного забора крови до региональной сети, снабжающей свыше 70 больниц на Юго-Востоке более, чем 100 000 порциями крови в год. Она началась, когда НКО «Юнайтед Вэй» послала троих врачей в Малую торговую палату Чаттануги для изыскания помощи из-за недостатка крови, вспоминает друг Джерма и со-основатель Блад Ашурэнс, Дэн Джонсон. “Джон был президентом Малой торговой палаты, и я был казначеем, так что у меня была возможность наблюдать его в действии,” - говорит Джонсон. “Когда он берётся за работу, он никогда не оглядывается. Из ничего мы выросли до нашего нынешнего бюджета в 29 миллионов долларов.” При помощи Джерма, Джонсона и других, Блад Ашурэнс донесла своё послание: сдача порции крови — безболезненный способ за 30 минут спасти три жизни.

“Мы во многом обязаны нашим успехом Джону Джерму,” - говорит Янгблад. “Для меня, он воплощает три аспекта лидерства: он всегда джентльмен, он сочувствует всем людям, и он — целеустремлённый человек. Если Джону не удается что-то сделать, то, вероятно, это невозможно сделать.”

Как полагает Филдс, успех Джерма как сборщика пожертвований обусловлен его нестандартным мышлением. “Вспомним 90-е годы, когда он был губернатором округа. Люди думали о нём как о Мистере Чаттануга. Мы купили бочонок виски Джек Дэниелс в честь Билла Сержанта [хорошо известного ротарианца из Теннесси]. Бочонок вмещал 266 бутылок, так что мы давали одну бутылку из бочонка каждому, кто пожертвовал 1000 долларов, и мы собрали 250 000.” Двое мужчин часто работали барменами для благотворительности, надев одинаковые фартуки, на которых написано “Бармен.” “Мой друг Джон был моим величайшим героем,” - говорит Филдс.

На заводе по переработке вторсырья, который Джерм переоборудовал из пришедшего в упадок молокозавода, инвалиды умственного развития сортируют тонны вторсырья на большие кучи бутылок и банок. “Он был полностью вовлечён во всё, что происходит здесь — от проектировки здания до помощи нам в заключении контрактов с городом,” - говорит Тера Робертс, директор по работе со взрослым населением в центре. Мало кто из занятых нашел бы работу, кроме как в центре по переработке вторсырья, и они могут взять себе всё интересное, что они найдут. Один работник нашёл скомканную 100-долларовую купюру.

Для финансирования нового городского стадиона Миракл Лиг — одного из наиболее оснащённых в стране — Джерм привлёк спонсоров, в том числе Беркшир Хэтауэй, Блюкрос Блюшилд и его собственный Ротари клуб Чаттануга. “Каждый ребёнок должен иметь возможность играть в спортивные игры,” - говорит он. “Это не только для ребёнка, но и для всей семьи. Что может быть лучше для ребёнка, как видеть своих родителей на трибуне болельщиков во время его игры?” Другой его проект — программа «Первый в семье» в [университете -прим. перев.] Чаттануга Стейт — предоставляет стипендию студентам, которые не могли бы иначе посещать колледж. Флора Тайдингс, президент учебного заведения, называет Джерма “прекрасным примером для многих наших студентов, которые, как он сам, первые в семье, кто посещает колледж.”

Ныне его рабочий распорядок меняется ежедневно — иногда ежечасно — при исполнении обязанностей на новой должности. На повестке дня, по его словам, он хотел бы видеть, чтобы работа Ротари стала похожа на бизнес. “Мы становимся более бережливыми, и я бы хотел ускорить этот процесс. Например, в январе мы собираемся провести заседание Правления в Чикаго вместо Сан Диего. Это значит, что нам не понадобится двойной перелёт десятка сотрудников аппарата в Сан Диего и их размещение там. Это просто здравый смысл.” Он хочет укоротить заседания Правления, сократить некоторые комитеты РИ и сэкономить деньги на заседания комитетов, чтобы сделать расходы Ротари более эффективными.

Полвека спустя после последнего приземления его С-124 Джерм видит себя штурманом Ротари, прокладывающим курс к светлому будущему. “Это будет командной работой,” - говорит он. Его главной целью после полиомиелита будет стабильная численность членов Ротари. В этом вопросе, говорит он, “вина лежит на нас, нынешних ротарианцах.” Он ждёт от членов Ротари “усиления работы с населением. Я действительно думаю, что одна из наших главных проблем — то, что мы приглашаем недостаточно людей для вступления в члены Ротари. Почему? Из-за страха отказа. Нам нужно преодолеть это, выйти в люди и привести новых членов, которыми мы будем гордиться.”

Для привлечения более молодых членов он поддерживает новую инициативу (одобренную на Законодательном совете в апреле), которая позволит совмещать членство в Ротаракте и Ротари. “Я полностью поддерживаю это,” -  говорит он.

На этом дело не ограничивается. Джерм поддерживает гибкий подход к разным вопросам Ротари. “Наши клубы всегда были организационно связаны с приёмом пищи. Обед и ужин были частью наших обязанностей, и эта система хорошо нам служила. Но общество изменилось,” - говорит он. Ротари Интернэшнл адаптируется, предоставляя клубам больше свободы в выборе когда и как им проводить собрания. “Как мы отвечаем интересам 30-летнего бизнесмена, имеющего семью? Итак, начнём с того, что мы могли бы обращать меньше внимания посещаемости собраний,” - добавляет он. “Я не ставлю вопрос — сколько собраний вы провели? Я спрашиваю — как вы улучшили жизнь вашего сообщества? ’”
 
Последняя книга Кевина Кука - “Отцовский отчёт: отцы, сыновья и семьи бейсбола.”
  

Назад в Содержание

100 ЛЕТ
ФОНДУ РОТАРИ

Хотите получать уведомления о выходе нового номера? Подпишитесь на рассылку!
Пополнить
Подписаться